Ответ на сообщение Общая информация и методы решения проблемы БЖ пользователя ESkvortsov
КОШКИ И ПОДВАЛЫ
Показать скрытый текст
Закон 27 дек. 2018 г. № 498 удовлетворил поборников ОСВВ: «возврат на прежние места обитания».
Единственное место, где в зимний мороз могут обитать кошки — подвал. И только если их там кто-то хотя бы кормит. О подвалах в Законе ни слова.
Конечно, кто-то хлопочет, подписываются петиции. Но власти готовы лишь отменить обязательное закрытие подвальных продухов. Их обязательной открытости для кошек никакое ведомство даже не обещает.
Претензии кошачьих врагов красивы. Надо, говорят они, чтобы за кошачий лаз проголосовало общее собрание жильцов.
Но когда ДУ или старшие по дому решают забить все дырки, они не собирают общего собрания по этому вопросу, и не выясняют волю всех. А от «кошатников» требуют: апеллируйте к общему собранию.
Надо реально представлять себе, кому легче или труднее собрать жильцов, и волнует ли большинство жильцов многоэтажного дома, есть ли где-то внизу кошачья дырка.
Старшие по дому вхожи в любой подъезд. Их звонку не удивятся в любой квартире. А кошачьего опекуна, бывало, встречали матом и рукоприкладством ещё во дворе.
Об общем собрании на нужную им тему старшие может и повесят объявления в подъездах, но персонально пригласят только своих приятелей. И нет такого помещения, где поместились бы все жильцы. И голосуют не билетиками, а руками. И протокол не захотят и не покажут кошатникам.
Однажды в Академгородке действительно удалось без воли старшего по дому собрать подписи жильцов за сохранение тщательно ухоженного подвального мини-приюта. И их оказалось больше, чем против. Но тот приют поддержали местные зоозащитные организации, журналистка С.Книжник, тогдашний депутат Алексей Медведев и председатель регионального отделения партии Яблоко Светлана Каверзина.
Надо ли каждый раз собирать такие силы для спасения кошки в подвале?
Всем жильцам большого дома могло быть какое-то дело до подвальных кошек в старые времена, когда всем разрешалось держать там кладовки. Но позже кладовки стали ликвидировать — по решению пожарников, домоуправов, милиции, кого угодно, только не жильцов.
Рассуждения об одном продухе на весь большой дом тоже отражают представления о старых временах, когда весь подвал соединялся общим коридором. Ныне многие подвалы разгорожены на изолированные отсеки, часто по числу подъездов. Чем помешает жильцам 1-го подъезда кошка, спасающаяся под 4-м?
Враги считают кошачий доступ в подвал потаканием их размножению. Всех кошачьих опекунов изображают пособниками размножения, и не пускают в подвал.
Но именно защитники, а не враги больше заинтересованы в сокращении ничьих кошек. Потому что защитникам, а не врагам достаётся тяжёлый, бесконечно долгий труд по приручению, кормлению, лечению, пристрою брошенных кошек. Абсурд, когда самой тяжёлой частью этого труда оказывается доступ в подвал для разумной опеки, включая поимку кошек для их стерилизации.
Поэтому, наряду с обеспечением входа-выхода кошек через подвальный продух, необходимо законное право свободно посещать подвалы доверенными лицами зоозащитных организаций.
Вместо этого ныне защитникам в лучшем случае лицемерно «разрешают» забрать кошек из подвала, открыв его на пару часов или день. Ещё хуже, когда забивальщики подвалов заверяют защитников, что сами проверили, кошек нет.
Проблема не в ручных кошках, которых можно позвать, и они выйдут из укрытия. И даже не в бывших домашних. Самый проблемный контингент — кошки, которые родились от уже брошенных, и выжили, потому что их кто-то кормил, но не мог или не успел приручить.
Даже в тех подвалах, где нет кладовок и «хлама», и пространство вроде бы на виду, кошки прячутся в узких туннелях, идущих вдоль подземных трубопроводов. Бывало и так: бетонный пол подвала местами трескался; земля под полом со временем уплотнялась и оседала, и появлялись полости между бетонной коркой и грунтом. Лишь после многократного посещения и изучения подвала удалось по писку котят обнаружить место, и отломив куски бетона, извлечь потомство замурованной кошки.
Эвакуацию кошек, проверку их отсутствия нельзя доверять самим забивальщикам. Это можно доверить только тем, кто по-настоящему жалеет животных. И им иногда лишь через несколько месяцев удавалось найти и эвакуировать последнюю кошку.
Поэтому для последовательного решения проблемы подвальных кошек доверенные лица зоозащитных организаций должны иметь экземпляры ключей от опекаемых ими подвалов. Подозревать в них воров или террористов не больше оснований, чем подозревать работников аварийных служб или домоуправлений.
Исходя из всего выше сказанного, петиции об открытом для кошек продухе следовало бы дополнить более конкретным предложением:
1. При выборе места подвального отверстия размером 15 х 15 см считать достаточным согласие жильцов квартиры первого этажа, под окном которого находится отверстие, при условии его утепления подвижными шторками.
2. Доверенные лица зоозащитных организаций должны иметь копии ключей и право входа в опекаемые ими подвалы.
3. Старшие по дому или другие лица, намеревающиеся забить ранее открытые кошачьи лазы, должны известить о своём намерении местную зоозащитную организацию. Заверения причастных к подвалу служб, что там нет кошек, не должны препятствовать проверке этих заверений более придирчивыми людьми.
Но много ли найдётся заинтересованных в такой петиции?
Скрыть текстЕдинственное место, где в зимний мороз могут обитать кошки — подвал. И только если их там кто-то хотя бы кормит. О подвалах в Законе ни слова.
Конечно, кто-то хлопочет, подписываются петиции. Но власти готовы лишь отменить обязательное закрытие подвальных продухов. Их обязательной открытости для кошек никакое ведомство даже не обещает.
Претензии кошачьих врагов красивы. Надо, говорят они, чтобы за кошачий лаз проголосовало общее собрание жильцов.
Но когда ДУ или старшие по дому решают забить все дырки, они не собирают общего собрания по этому вопросу, и не выясняют волю всех. А от «кошатников» требуют: апеллируйте к общему собранию.
Надо реально представлять себе, кому легче или труднее собрать жильцов, и волнует ли большинство жильцов многоэтажного дома, есть ли где-то внизу кошачья дырка.
Старшие по дому вхожи в любой подъезд. Их звонку не удивятся в любой квартире. А кошачьего опекуна, бывало, встречали матом и рукоприкладством ещё во дворе.
Об общем собрании на нужную им тему старшие может и повесят объявления в подъездах, но персонально пригласят только своих приятелей. И нет такого помещения, где поместились бы все жильцы. И голосуют не билетиками, а руками. И протокол не захотят и не покажут кошатникам.
Однажды в Академгородке действительно удалось без воли старшего по дому собрать подписи жильцов за сохранение тщательно ухоженного подвального мини-приюта. И их оказалось больше, чем против. Но тот приют поддержали местные зоозащитные организации, журналистка С.Книжник, тогдашний депутат Алексей Медведев и председатель регионального отделения партии Яблоко Светлана Каверзина.
Надо ли каждый раз собирать такие силы для спасения кошки в подвале?
Всем жильцам большого дома могло быть какое-то дело до подвальных кошек в старые времена, когда всем разрешалось держать там кладовки. Но позже кладовки стали ликвидировать — по решению пожарников, домоуправов, милиции, кого угодно, только не жильцов.
Рассуждения об одном продухе на весь большой дом тоже отражают представления о старых временах, когда весь подвал соединялся общим коридором. Ныне многие подвалы разгорожены на изолированные отсеки, часто по числу подъездов. Чем помешает жильцам 1-го подъезда кошка, спасающаяся под 4-м?
Враги считают кошачий доступ в подвал потаканием их размножению. Всех кошачьих опекунов изображают пособниками размножения, и не пускают в подвал.
Но именно защитники, а не враги больше заинтересованы в сокращении ничьих кошек. Потому что защитникам, а не врагам достаётся тяжёлый, бесконечно долгий труд по приручению, кормлению, лечению, пристрою брошенных кошек. Абсурд, когда самой тяжёлой частью этого труда оказывается доступ в подвал для разумной опеки, включая поимку кошек для их стерилизации.
Поэтому, наряду с обеспечением входа-выхода кошек через подвальный продух, необходимо законное право свободно посещать подвалы доверенными лицами зоозащитных организаций.
Вместо этого ныне защитникам в лучшем случае лицемерно «разрешают» забрать кошек из подвала, открыв его на пару часов или день. Ещё хуже, когда забивальщики подвалов заверяют защитников, что сами проверили, кошек нет.
Проблема не в ручных кошках, которых можно позвать, и они выйдут из укрытия. И даже не в бывших домашних. Самый проблемный контингент — кошки, которые родились от уже брошенных, и выжили, потому что их кто-то кормил, но не мог или не успел приручить.
Даже в тех подвалах, где нет кладовок и «хлама», и пространство вроде бы на виду, кошки прячутся в узких туннелях, идущих вдоль подземных трубопроводов. Бывало и так: бетонный пол подвала местами трескался; земля под полом со временем уплотнялась и оседала, и появлялись полости между бетонной коркой и грунтом. Лишь после многократного посещения и изучения подвала удалось по писку котят обнаружить место, и отломив куски бетона, извлечь потомство замурованной кошки.
Эвакуацию кошек, проверку их отсутствия нельзя доверять самим забивальщикам. Это можно доверить только тем, кто по-настоящему жалеет животных. И им иногда лишь через несколько месяцев удавалось найти и эвакуировать последнюю кошку.
Поэтому для последовательного решения проблемы подвальных кошек доверенные лица зоозащитных организаций должны иметь экземпляры ключей от опекаемых ими подвалов. Подозревать в них воров или террористов не больше оснований, чем подозревать работников аварийных служб или домоуправлений.
Исходя из всего выше сказанного, петиции об открытом для кошек продухе следовало бы дополнить более конкретным предложением:
1. При выборе места подвального отверстия размером 15 х 15 см считать достаточным согласие жильцов квартиры первого этажа, под окном которого находится отверстие, при условии его утепления подвижными шторками.
2. Доверенные лица зоозащитных организаций должны иметь копии ключей и право входа в опекаемые ими подвалы.
3. Старшие по дому или другие лица, намеревающиеся забить ранее открытые кошачьи лазы, должны известить о своём намерении местную зоозащитную организацию. Заверения причастных к подвалу служб, что там нет кошек, не должны препятствовать проверке этих заверений более придирчивыми людьми.
Но много ли найдётся заинтересованных в такой петиции?
