Немного о греках....
Из работы Рудольфа Кнопфа.
Жаль, что форумчане не достаточно уделяют внимания греческой философии, которая является столпом современных религиозных воззрений - в особенности, неоплатонизм.
"Фракийский культ Диониса, вышедший из мистической религиозности, проник около VIII столетия до Р. X. к греческим племенам, среди которых он быстро и сильно распространился. В особенности женщины во многих местностях Греции с увлечением отдавались этому оргиастическому, безумному культу. Подробности этого религиозного движения, которое появилось тогда, когда еще многое на греческой почве находилось в процессе образования, не ясны, потому что источники, которые могли бы об этом рассказать, недостаточны. Принесенный фракийцами культ Диониса вызвал к жизни около 600 г. до P. X. религиозное товарищество и систему в общине и учении орфиков. О воззрениях этой широко распространенной секты мы достаточно осведомлены на основании собственной ее литературы и других известий. Религия и философия были связаны друг с другом в учениях орфиков16. Секта получила свое имя от Орфея, мифического певца седой древности, который находился в тесной связи с фракийцами. К нему возводят орфики свое учение. Душа человека бессмертна, она происходит от бога и предназначена к общению с ним. Но в человеке происходящая от Диониса душа смешана с титаническими, земными составными частями, В теле, которое возникло из пепла сожженного молнией Зевса титана, душа живет заключенной, как в темнице. По смерти человека она приходит в промежуточное царство Гадеса. Там грешники и нечестивцы очищаются наказаниями (чистилище!), а душа благочестивых, и прежде всего души посвященных в орфические тайны, странствуют по прекрасным лугам, возлегают для пира с великими божествами подземного мира. Через определенное время душа благочестивого, точно так же, как и душа грешника, должна опять подняться к свету, чтобы воплотиться заново. Орфики были, таким образом, приверженцами широко распространенного и имевшего много разветвлений учения о переселении дуги. Смотря по тому, вела ли душа в своем прежнем земном существовании хорошую или дурную жизнь, она и в новой жизни воплощается в тело людей различных состояний или в тело животных. Душа должна претерпеть в новой жизни то, чем она провинилась в прежней. И среди постоянной смены душа должна всегда опять вступать в новые тела, «колесо рождений» не перестает вращаться вокруг самого себя.
Для того чтобы уйти от этого бедствия, избегнуть необходимости постоянно возобновляемого воплощения, душа располагает только одним средством. Свыше божество, сжалившись, посылает милость душе. Сам Дионис, через своего служителя и певца Орфея, возвестил дорогу к спасению. Очистительное освящение и священные празднества, кроме того, целая «орфическая жизнь», которая требует известного рода аскетизма вплоть до отказа от мясной пищи, являются средствами, которые дают душе силу для полного освобождения от земли. Когда душа вследствие орфического освящения и орфической жизни сделается действительно свободной от всякой нечистоты, тогда ей не нужно уже переселяться в новые тела, но она быстро выделяется из неприятного кругооборота, который до сих пор заставлял ее блуждать между землей и царством Гадеса, и взлетает к светлым высотам божества. Сохранившаяся орфическая поэзия не описывает, какой жребий назначен там душе.
Учение и поэзия мистической теологии сплелись с греческой философией в одной философской системе, в учении о душе и в этике Платона. Через посредство Платона учение о чисто духовном характере души, о ее личном бессмертии, о ее сверхмировом назначении сделалось живым достоянием греков и вместе с тем мировой культуры. Поэтому принятие и углубление орфической мистики Платоном является фактом необычайного значения. Диалоги Платона сделали чрезвычайно много для укрепления веры в бессмертие среди греков и в церкви. Правильно поняв его образ, потомство удержало его в памяти как образ жреца, который напоминающим жестом хотел указать бессмертному человеческому духу дорогу вверх от этой бедной земли к вечному свету. Выдающееся почетное положение, которое признала западная церковь средневековья за Аристотелем как за «предшественником Христа» принадлежит с большим правом Платону, которого только со времени Возрождения стали постепенно изучать исторически.
Мировая картина Платона дуалистична: высшему светлому миру идей, самому божеству противостоит тусклый мир земного существо- вания. Высший мир вечен, неизменен, изначален, он обладает единственно действительным бытием. Земной мир является только несовершенным отражением высшего мира идей, он существует только в зависимости от последнего, он не обладает действительным бытием, но находится в процессе постоянного течения и образования. Как на стене пещеры отражаются в виде теней несовершенные образы проходящих мимо —подобно зеркальному отражению в темном месте — точно так же познается бытие идей в становлении чувственного мира.
Как чисто духовная сущность, душа принадлежит высшему миру. Она проста и неделима, она есть чистая сила мышления и познавания, Душа вступает в земную жизнь вследствие необходимости, которую Платон различно объясняет17 в разных местах. Она относится к телесному жилищу как чужеземный гость. Ее целью является опять разорвать связь с чувственным миром и возвратиться в высший мир. Но эта цель достигается не просто через смерть тела; точно так же, как и орфики, Платон признает по смерти человека бестелесное промежуточное существование, в котором души искупают в местах наказания подземного царства грехи, которые они совершили в земной жизни в связи с телом. Отпущенная из подземного царства душа каждый раз заново и всегда опять воплощается в новые тела. При этом существует причинная связь между новым воплощением и предшествующим земным существованием души. Она получает тело и форму бытия, которая соответствует состоянию, достигнутому в ее прежней жизни. И она может при этом спуститься даже до воплощения в тело животного.
Но истинная цель души при всех разнообразных формах существования, которые она должна принимать, остается постоянно одной и той же: уйти из мира. Это происходит потому, что она внутренне все более и более освобождается от земной жизни. Предаваясь познаванию, она должна усвоить истинное и доброе, и затем она получит силу вернуться в высший мир. Душа истинно мудрого, действительного философа, достигает уже в земной жизни до царства идей, пребывая в познавании и созерцании, в отвращении к смущающим злобам дня. И переходя в мистическом энтузиазме последнюю границу, она может уже теперь в редкие блаженные моменты вкушать вечную жизнь в царстве божества. По смерти душа такого мудреца возвращается в свою истинную родину, чтобы жить там затем вечно, сознавая себя вне пространства и времени. Учение Платона проповедует личное бессмертие человеческой души.
То обстоятельство, что идея о личном бессмертии, о неразрушае- мой духовной сущности души, о ее предназначении к участию в божественной жизни, была усвоена греками через посредство платоновской философии, имело необыкновенное значение для молодого христианства. Задававшая тон греческая философия в послеаристотелевскую эпоху приобретала все более и более религиозный характер, и религиозная жизнь образованных людей сосредоточивалась в философии. В эпоху Римской империи философские и религиозные стремления руководящих слоев удовлетворялись не философией циников, скептиков и эпикурейцев, и даже не отказавшимися от света приверженцами перипатетической школы, но платонизмом, учением стоиков, также пифагорейцами. Воззрения платоников и стоиков, которые были совершенно различны, сравнялись друг с другом благодаря взаимным заимствованиям наиболее ценных идей. Таким образом, общим достоянием всех образованных людей сделались высокие религиозные, философские и этические идеи: духовность и возвышенность над миром Бога, красота и целесообразность мира, доверенность и преданность Божьей воле, любовь и доброта по отношению к людям, к бедным и униженным, почитание человеческой души, потому что она произошла от Бога и бессмертна.
Все, что в эпоху Римской империи среди образованных людей осталось живого в богатой духовной истории греков, в области знаний, потребностей и настроений — все это в III столетии нашего летоисчисления объединил неоплатонизм в одной великой, охватывающей Бога и мир, отдельную душу, философию и религию, системе. Плотин из Никополя в Египте (f270), в Александрии ученик Аммония Сакка и Порфирий из Тира (f304)— отцы системы. Вечернее сияние поздней древности, лучи заходящего солнца эллинизма покоятся на сверкающей одежде неоплатонизма, для которого интеллектуализм составлял цель, а мистика давала вдохновение.
Формальным принципом неоплатонизма является мысль о непрерывности, о внутренней связи всех явлений мира. От всевышнего бога, «Единого», несотворенной, неподвижной, непостигаемой, непозна- ваемой, вообще определяемой только отрицательными, ограничительными признаками, основной причины бытия исходит верховное руководство единством в полноте бытия. От «Единого» излучается мышление (nus), зеркало «Единого», обнимающее в себе общность форм и сил. От nus'а излучается «третье», мировая душа (psyche), которая вместе с nus'ом и «Единым» образует неоплатоническое триединое начало. Душа есть образующий принцип остального космоса, чувственного мира. От границы божественной троицы свет испускает лучи в небытие, и через постоянное ослабление света, духа и добра возникает тьма, материя и зло. Круг примыкает к кругу, все глубже спускаясь в запутанный мир бытия: на высшем месте стоят видимые боги, именно одушевленное небо и одушевленные звезды, затем следуют демоны, земная душа (потому что и земля есть одушевленное существо) и, наконец, различные многообразные явления земной жизни. Из высшего единства в иерархически понижающейся последовательности возникает обманчивое множество, но имеет стремление опять возвратиться к «Единому».
Центральным пунктом, интересующим Плотина и неоплатоников является человеческая душа. Душа человека предсуществует, она существовала прежде, чем родился человек, она происходит из «третьего», из психеи, мировой души. Она исходит из области высшего мира, переходит его границу и вступает в чувственный мир не в силу волевого акта, но в силу свойственного ей стремления. В видимом мире она заключена в тело и принадлежит, таким образом, обеим мировым сферам. Она упала из божественной сферы, но не безнадежно и окончательно. «Старая дорога» лежит перед ней открытой, если только она захочет на нее вступить. «Возвращение» (epistrophe) — обязанность человека. Запятнанность души состоит из ее связи с оскверняющею властью тела. Уже здесь на земле она должна найти обратный путь, должна подняться над запутанным миром явлений к первоначальному единству. Это происходит чрез посредство освобождения от чувственности, от мира вообще, через самосознание и удаление души в ее интимную внутреннюю сущность, чрез посредство созерцания и мышления, которые, исходя из множественности, постепенно поднимаются к единству. Но чрез посредство мышления, как по Платону, так и по Плотину, душа доходит, однако, только до границы между земным и надземным миром. Если она хочет действительно уже здесь на земле соединиться с богом, то это возможно только путем экстаза. Всякая определенность мышления должна исчезнуть, душа должна сделаться совершенно спокойной и неподвижной, затем божественное сразу наполняет душу, и она достигает мистического объединения с всевышним божеством, причем душа совершенно теряет ясность самосознания, как при опьянении или в высшем упоении любовью. Такие моменты высшего блаженства бывают только у немногих выдающихся людей, но и у них они встречаются редко и продолжаются недолго.
По смерти человека сообразно с той ступенью совершенства, которой он достиг, наступает или новое воплощение души (переселение душ) или же следует возвращение освобожденной души в светлое царство божества. Воскресение плоти для неоплатоников немыслимо, ибо оно означало бы увековечение тюремного заключения для души. Соответственно с этим мы находим у вождей неоплатонической школы решительную критику и отрицание христианской веры в воскресение.
Неоплатоническая система и неоплатоническая мистика в последующие столетия необыкновенно сильно воздействовали на церковь. Через посредство так называемых сочинений Дионисия Ареопагита (группы сочинений, возникшей в VI столетии) неоплатоническая мистика вошла в церковь в легкой христианской оболочке. Неоплатонизм с его соединением эллинского познания и восточной мистики в течение столетия сумел наполнить и насытить церковь тем, что его настроение стало господствующим в церкви, его религиозность стала официальной в церкви более чем на тысячу лет и отчасти до настоящего дня. Всякая мистика возвращается опять к нему и живет им.
Во всех изложенных системах надежды на тот свет представляются нам совсем иными, чем реалистическая эсхатология первоначального христианства. Совершенно различный воздух веет там и здесь. При этом ясно, что в спиритуалистической греческой эсхатологии религиозные интересы заявляют очень энергично свои права.
Точно так же и в греческой эсхатологии благочестие получает краски и жизненную энергию чрез жизнь и деятельность в противоположностях. Вся та огромная религиозная сила, которую может освобождать дуализм, мировоззрение, противополагающее дух и материю и устанавливающее между ними различие по существу, становится свободной в описанном греческом благочестии и вступает в действие. Над мучительными" трудностями земной жизни, скорбью, болезнью, разочарованием, усталостью, грязью и грехом стоит утешительное сознание, что душа происходит от бога и только как гость пребывает в тусклом мире. Тоска по небу, напряженная надежда на вечную, непрерывную жизнь без страданий, в лучезарной красоте, в познании божества и в общении с ним —стала со времени Платона жизненной силой в греческом мире. Общением с божеством, в которое должна вступить душа после смерти, можно пользоваться уже здесь на земле, правда, в редкие и короткие, но существующие в действительности моменты; и само мистическое благочестие предоставляет средства, учит технике воспитания, с помощью которых можно вступить в пользование религиозным благом: воздержанность, созерцание мира и самосозерцание, святой душевный покой."
"61. Иисус сказал: Тот, кто познал мир, нашёл труп... Мир недостоин его!
71. Иисус сказал: Тот, кто знает все, нуждаясь в самом себе - нуждается во всем!",- Евангелие от Фомы.